М

правда,что говорят: с чувствами лучше не играть.
самая обычная история,перевернувшая жизнь с ног на голову началась в юношеском лагере,
и так и не закончилась
ну а если по порядку,то начнем пожалуй с самого первого дня - дня заезда в лагерь З.
-
Сборы были назначены ни позже ни раньше,чем на 8:30 утра. Мы с К. приехали чуть раньше,но в итоге оказалось,что все ждали только нас. Народу было полно,все разделились небольшими группами,постоянно появлялись новые люди, наш отряд был готов к отъезду. Хотя мы никуда не торопились и вполне укладывались в назначенное время,все очень спешно садились в автобус,для вещей не хватило мест в багажнике и все брали их с собой. Это было ужасно и супернеудобно.
Через некоторое время ребята расселись,успокоились и начали общение.
Мы с К. пытались найти симпатичных мальчиков,но вскоре с грустью отметили,что их тут,увы,нет.
-
Приехали мы в лагерь,точно напоминавший советские лагеря. Корпуса были 70 х годов постройки,как и все здания на территории З. Наш корпус был под номером 11. Мы с К.заселились в комнату,соседнюю с вожатской.
А о наших вожатых ничего не было на тот момент известно,кроме того что главный вожатый у нас Дима- 26тилетний тучный молодой человек,похожий чем-то на ёжика,большой приколист.
-Ребят,-сказал Дима,-а вожатых-то ваших нет!
На что в ответ двое парней из отряда вышли и сказали: вожатые-мы. Несмешная шутка в итоге оказалась правдой - два молодых человека, на первый взгляд которым не дашь больше 16 лет, оказались нашими самыми настоящими вожатыми - Мишей и Ваней.
-
Всем отрядом мы познакомились только на вечерней свечке. Как обычно, свеча шла по кругу и все,к кому в руки она попадала рассказывали о себе несколько слов. Не помню точно,сколько было нас человек,но взрослых ребят было мало. Так смешно получилось,что в нашей комнате жили две Ани и две Кати. К., моя К., с которой мы вместе приехали сюда - девочка в меру скромная,но очень веселая,открытая,но не всем. Вторая Катя, с которой мы встретились впервые была невысокой и очень симпатичной девушкой,к тому же профессионально занималась танцами.
Но я пишу здесь не затем,чтобы рассказать о них. У них своя,другая история. Я хочу рассказать о себе.
-
С Мишей мы сошлись как-то само собой. Я бы даже сказала,что он не был симпатичен мне сначала.

Миша был единственным человеком,умевшим играть на гитаре, моя гитара была единственной на весь лагерь. Чувствуете связь?
На второй день он зашел к нам утром ,чтобы разбудить,но увидав гитару,схватился за неё и стал играть Judas Priest – Rocka Rolla,не напевая. Мы,как истинные девушки давно проснувшись, сидели и слушали, как он играл, переигрывая снова и снова,потому что не помнил аккорды. Из-за этого весь отряд проспал.
И дальше пошло - поехало : мы шли *вместе в столовую и что-то обсуждали,ходили вместе по организационным вопросам и просто ходили; вместе.
Это всё было настолько дружески,приятельски, едва ли я могла подумать, что именно этого человека мне потом не захочется отпускать..

*Под словом вместе понимаются К.,я и Миша.
-
На пятый день, после отбоя,он зашел в нашу комнату и сказал: "девчонки,пошлите в беседку".
Мы разговаривали до третьего часа ночи,и на следующий день,и на следующий,и на следующий. К. всегда молчала,иногда мне казалось,что её и вовсе тут нет.
Через несколько дней К. осталась в комнате,когда Миша позвал нас. Мы с ним пошли на речку в 20 минутах ходьбы от лагеря. Ночь была очень тёплая и совсем беззвездная. Я сидела на сухом толстом бревне и рисовала палкой на песке какие-то непонятные круги,потом затаптывала их и снова рисовала. Мы снова проговорили допоздна.
-
Следующие дни я не узнавала себя : и я, и Миша каждый день были первыми добровольцами накрывать в столовой, первыми добровольцами,чтобы что-то делать вообще. На вечернем вожатском собрании,где распределялось,кому какое дело поручается,он уже наверняка знал,что я буду помогать и соглашался на всё. Дима замечал,что это происходит одновременно, но ничего не говорил ни мне, ни ему. Да что там Дима,все замечали какую-то непонятную на тот момент обоюдную нашу тягу друг к другу. Все,кроме нас самих.
-
Вечером, после дискотеки и отбоя мы опять пошли на реку. Я взяла с собой гитару,но позже оказалось,что Мишу несложно заставить играть,но очень сложно заставить петь. Это перестало быть проблемой после слов "Миш,спой Judas Priest ". Он спел сначала её,потом Бутусова,потом Найка Борзова. Меня это не то чтобы завораживало,просто нравилось, и я подпевала ему. Днем он непременно учил меня играть эти песни.
Следующим утром после дежурного Мишиного "Доброе утро,девочки", К. не вытерпела и спросила, ну он же нравится тебе,в чем проблема? Я сама ещё этого тогда не понимала, а когда поняла - все перевернулось. Мне сразу стало понятно, что к чему и почему. И это не приносило мне радости.
Тогда я ещё не знала, что он открыл для себя то же самое.
-
Ночь была очень холодной, мы не пошли на реку и остались в беседке напротив корпуса. Пока Миша рассказывал что-то там про свой колледж,я перебила его и спросила: "Я тебе нравлюсь, Миш?".
Некоторое время он молчал,потом пришел Петров,сел с нами и заговорил о своем. Ответа я не получила,но всё было понятно и так. На следующий день мы с ним почти не пересекались, я не пошла помогать ему в столовой,не пошла с ним украшать сцену,никуда не пошла. В корпусе с К. и другими девчонками мы здорово повеселились,намазав задремавшего Диму пастой. Он подумал на Петрова и ему круто влетело, хоть мы и признались потом. Вечером Миша не зашел к нам. Может,это и к лучшему.
-
Целый день потом мы провели порознь. Только на дискотеке я подошла и сказала,что хочу знать ответ. Ответ был да,но дальше мы эту тему не развивали.Всё снова встало на свои места,мы опять делали вместе всё,что касалось и не касалось лагеря.
Лагеря,в котором прибывать мне оставалось два дня.
-
В последний день Миша переменился. Он был весь каким-то избитым, улыбка,обычно не слезавшая с его лица сегодня не показывала виду. Он знал,что это мой последний день в лагере. Что ему здесь быть ещё неделю. Что мне здесь быть ещё несколько часов.
Изучив его от корки до корки я не могла понять,с чего это вдруг всё так обернулось. Причиной была я сама. Только к вечеру он потихоньку оттаял и снова становился собой.
-Прости,что уезжаю, Миш,но я ничего не могу поделать с этим.- я стояла у выездных ворот лагеря.
Он молчал. Я обняла его, получив крепкие объятия в ответ,
и уехала.
У Димы был ноутбук,Миша каждый вечер заходил с него и писал мне, иногда смс. Несколько месяцев,потому,что другая связь была невозможна-в этот же день я уехала в Ставрополь.
А потом пропал. Представьте себе,просто пропал. Страница удалена, абонент недоступен.
Это его выбор,пусть он будет таким,думала я, отчаянно пытаясь сделать такой же выбор.

Через пол года, ЧЕРЕЗ ПОЛ ГОДА он вернулся. Вернулся, но не ко мне.
И до сих пор мне не хватает чего-то,чтобы просто сказать ему "Миш,привет,я соскучилась. Как у тебя дела?"