Незакончено

***
Я поднялась по главной лестнице, миновала входные турникеты и оказалась внутри здания Вокзала. Слева, за углом тянулись бесконечные очереди желающих купить билеты, справа же, в зале ожидания было наудивление безлюдно, несколько детей столпились у клетки с большим красным попугаем, пытаясь просунуть руки к нему и погладить, задние ряды занимали женщины, ждущие своего поезда, в компании низкорослого тучного лысоватого мужичка в клетчатых шортах и белой майке.
Я усмехнулась и посмотрела по сторонам. Он сидел передо мной, смотрел прямо на меня, и , наверное, все понял.
-Ты ведь Саша, да?- я склонила голову в характерном жесте, убирая волосы с лица. - У нас с тобой есть еще минут пятнадцать, не думаю, что стоит уповать на раннее прибытие поезда. Останемся здесь или поднимимся на перрон?
Он оглянулся на табло,где выводят расписание и решительно сказал :
- Наверх.
Мы поднялись на перрон и, стараясь не потерять друг друга в толпе, повалившей из только-что прибывшего "Уфа - Волгоград", отошли в менее людное место-к мосту.
- Как думаешь, откуда он придет?
Он только пожал плечами, ничего не ответив мне.
-Она же сказала, четырнадцатый.. Я думаю, это где-то здесь. - отойдя метров на 50, я остановилась. Саша только пошел за мной, ничего не говоря, точно не думал совсем об этом.
Это был очень странный молодой человек, которого я видела впервые, но спутать уже ни с кем не могла. За 10 минут, что мы ждали Машин поезд, он не проронил ни слова, словно немой, на мои вопросы и обращения он только безмолвно кивал или отрицательно мотал головой. Не знаю. чем вызвано его такое пренибрижение словами, но видно было - он счастлив. Постоянно сжимая руки с длинными мазолистыми пальцами в кулаки, он как бы мысленно торопил роезд, как и я, прислушиваясь к любому звуку в надежде услышать гудок.
***
Мы пытались бежать вровень с 14 вагоном : оказалось, поезд прибывает с другой стороны! Когда он, наконец, остановился, я, пытаясь отдышаться, оперлась на зеленую стену вагона, но когда из него вышла Она - я словно забыла ровно на секунду, как дышать. Видно было, что Саша испытывал тоже. Мы оба медлии: решался важный вопрос. Но, когда, как ответ, я почувствовала удушающие объятия - мне ничего не оставалось, кроме как сказать : я самый счастливый человек на свете.
***
С тех пор мы с Сашей стали по обе стороны реки и вели войну. Маша жила со мной, но так как до 2 дня я была вожатой - день Она проводила с Ним. Что делали они в это время - я не знаю, настолько в тот день это стало больной темой, зато вечер был полностью в нашем распоряжении!
Когда же нам случалось втроем бывать где-то, это становилось настоященй пыткой ( не знаю, действительно ли Маша не замечала этого, или просто прикидывалась). Мы словно пытались одновременно ухватить одну конфету : когда она обращалась ко мне - Саша нервно закусывал нижнюю губу, когда же они вместе над чем-то смеялись, мне страшно хотелось провалиться под землю. Словом, после третей такой прогулки мы оба заявили Маше: втроем нам нигде появляться нельзя. И так две недели. Две недели мы воевали можду собою, стараясь не втягивать в это Ее. Я избегала всего, что связано с именем Саша, Он - с моим именем.