О зайцах.

Жил-был заяц. Обычный с виду заяц. Только по натуре своей был кроликом, что среди других зайце не особенно приветствовалось. Ну а ему-то хочется быть кроликом! Виноват он что ли, что зайцем родился? Так и жил заяц, скрывая от всех свою кроличью натуру.

Однажды сидел он с подругой-зайчихой за непринуждённой беседой о том, о сём, со стаканчиком морковного сока. Думал-думал и решил рассказать ей, что он-то в принципе кролик. Почему-то подумалось ему, что она не отгрызёт ему ухо за его кроличью натуру. И он не ошибся. Оказалось, что она даже хотела иметь друга-кролика. Заяц был дико рад тому, что хоть кому-то мог рассказать свою тайну. К тому же, он в то время дружил с одним зайцекроликом, и ему приходилось постоянно врать близким, где же он пропадал днями и ночами.

Шло время. Заяц продолжал скрывать свою кроличесть. Хотя, как ему думалось последнее время, уж если остальные зайцы узнают, то не страшно. Самое страшное, что его ожидало бы в этом случае, это то, что зайцы просто отвернулись бы от него. Но ведь это же не все зайцы в лесу. Имеются ещё. Больше всего он боялся того, что же скажут мама-зайчиха и папа-заяц.

Так закончилось лето. На смену ему пришла осень. Плохая выдалась осень. Очень плохая. За что бы заяц ни взялся, кругом крах и стресс. И вот однажды вся эта постоянная ложь и непонятный страх настолько надоели зайцу, что решил он всем открыть свою тайну. Он очень боялся, но был настроен решительно. Как тогда, когда поведал всё подруге зайчихе. Первыми жертвами его решительности стали два зайца, с которыми он снимал нору в лесу. Это были классные зайцы. Они так и не поняли, почему я не рассказал им раньше.

Этим же вечером заяц навестил своего отца. Рассказал ему. Ему было страшно, но благо перед этим он выпил достаточно морковного сока, чтобы не трястись от ощущения нереальности происходящего. Папа-заяц догадывался уже несколько лет. Разговор закончился ничем. Или, точнее сказать, уничтожающим молчанием. Заяц ушёл. Он не мог поверить, что его родной отец станет теперь презирать его за то, что его сын лишь по внешним признакам является зайцем. Ушёл и пошёл к другой своей подруге-зайчихе, пить морковный сок. Избыток адреналина и морковного сока привели зайца к безумнейшим идеям, которые он озвучивал в присутствии зайчихи, от чего её уши принимали горизонтальное положение. А на утро он решил, что пора рассказать маме, и отправился за несколько сотен километров, в лес, где жила мама-зайчиха.

Когда мама-зайчиха услышала правду, она посмотрела на него в изумлении и примерно через 15 секунд обняла зайца и сказала, что ей абсолютно всё равно, кто её сын по природе своей, заяц, кролик или утконос. Она так и не поняла, почему я не рассказал ей раньше.

От папы-зайца так и неблыо никаких новостей. Сам же заяц не решался навестить его.

Вернувшись в свой лес, заяц решил поставить в известность 10 зайчих, с которыми он вместе слушал учения старых опытных зайцев-умников. Пришёл на опушку, собрал всех, рассказал и встал в ожидании неизвестного. Некоторые так и не поняли, почему я не рассказал им раньше.

После отправился заяц к своему другу, зайцу Толаю (Lepus tolai), который в то время трудился, выискивая съедобные корни. Пришёл к нему наш заяц и заявил с порога "Я кролик". Заяц-Толай не поверил. Лишь спустя несколько часов он осознал, что в зайцевых словах не было ни доли шутки. Она так и не понял, почему я не рассказал ему раньше.

Рассказав ему, отправился заяц к себе в нору, ибо последние события, вкупе с недосыпом и морковным соком здорово его вымотали.

Заяц-отец так и не заходил к неправильному сыну.

Тем же вечером отправился заяц к своему другу зайцу Беляку (lepus timidus) и его зайчихе, с которой заяц тоже давно дружил. Зайчихи дома не было. А вот Беляк был. Ему он тоже с порога заявил, кто он есть на самом деле. Он так и не понял, почему я не рассказал ему раньше.

Посидели они, поговорили, да решили пойти к зайчихе Беляка, чтобы и ей тоже рассказать. Пришли к ней. Заяц сказал свои несколько слов, которые уже просто звенели в его длинных ушах, и стал ждать ответа. А зайчиха вела себя так, словно он совершил не откровение, а вслух заметил, что температура воздуха сегодня несколько ниже привычной. Заяц переспросил её. Последовал ответ. Ответ зайца порадовал. Расскажи он раньше, можно было бы избежать некоторых неприятных ситуаций. Но не об этом речь. Она так и не поняла, почему я не рассказал ей раньше.

Прошла почти неделя с момента разговора, а отец так и не навещал зайца. Заяц был в отчаянии.

Оставался ещё один друг зайца - заяц Русак (Lepus europaeus). Он жил на другом конце леса. Заяц позвал его на капусту, ибо морковный сок он пил уже каждый день и побаивался, как бы не выступила аллергия от переизбытка каротина. Русак, услышав всю правду, уткнулся в лист капусты и долго не поднимал глаз. Как многие, он тоже не поверил во всё это. Кое-как удалось зайцу вбить в голову Русака мысль о том, что всё это чистейшая правда. Зайца интересовал один и тот же вопрос, во всех случаях. Останется ли он для всех его друзей зайцев другом, как прежде? Этот же вопрос он задал и Русаку. И он получил желанный ответ. Они оставались друзьями. Можно было бы снова сказать, что он так и не понял, почему я не рассказал ему раньше, но здесь это не уместно. У Русака было немного иное воспитание и мировосприятие. Тем не менее, результат был и радовал.

А спустя неделю его навестил его отец и поинтересовался, почему заяц не заходит в гости. Услышав это, заяц расплылся в счастливой улыбке.

Так закончился переломный момент в жизни нашего зайца. Или только начинался. Здесь уже сложно судить. Он был рад, что все близкие ему зайцы поняли один момент во всём этом - заяц оставался тем же зайцем, каким был всегда, только все они теперь знали одну вещь, о которой он никогда не говорил вслух.

4792241_0010019Zajats_1_ (466x364, 13Kb)